.

Мне говорят, что я чудо, что я находка, что я мечта.
Хочется исчезнуть или провалиться, потому что я не заслужила, не хочу, не чувствую.

Потому что для того самого я была не подарком.

So.

Стоит ли говорит, что я перестала что-либо понимать и утратила способность чувствовать?

Я бы рассказала кому-нибудь, каково это, когда одиноко.

Но в том-то и дело.

Занимательная арифметика.

К своим надцати годам я вовсе не я, а сборная солянка из окружающих и окружавших.
Поэтому я Корица в половине социальных сетей, поэтому я сажусь за определённый стол в библиотеке, поэтому я до их пор иногда смотрю трейлеры к играм, поэтому я понимаю, как выбирать наушники.
Во мне 80% меня, 15% полезной инфомации и 5% блажи.

18.

На рабочем столе у меня кусок неба и два провода. Две параллельные линии, которые, наверное, большее не пересекутся.
Каждый раз я будто вместе с тобой запрокидываю голову и нажимаю на кнопку.

Watching The Ships Roll In.

Ретроспекции изменили ход времени.
Теперь возможнее.
Тем более невозможный.

Я высматриваю тебя во всех прохожих, а значит, никогда не увижу.

Увольте.

And all the roads I have to walk are winding.

Знаешь, в чём секрет?
Дарить себя. Дарить постоянно, раздаривать, отдавать полностью.
Только тем, кто ценит.
Тогда ты получишь больше, чем ожидаешь.

Damien Rice -- Grey Room.

Have I still got you to be my open door?

Have I still got you to be my sandy shore?

Have I still got you to cross my bridge in this storm?

Have I still got you to keep me warm?

***

Мне кажется, что любовь на расстоянии имеет место быть. Всё просто: если она заканчивается, то уже не может называться любовью.

Мы не должны стремиться к обладанию кем-то. Ни к физическому, ни к иному.

Любовь времени не знает.

Любовь вообще ничего не знает.

Равно как и мы не знаем ничего о любви.

Хотя о чём я.

Я не переношу твою подругу настоящего времени только потому, что сегодня во сне ты мне рассказывал, какая она славная и как тобой любима.

Я иногда ощущаю себя во сне второго уровня, когда думаю о снах обычных. Постоянно пытаюсь понять, где я реальнее. 

Где мы реальнее.

Можно не бояться промокнуть здесь, надеясь на пробуждение.

Рождественский писал стихотворения своим возлюбленным, а я который год тебя рисую.

Выбросила твой диск, чтобы волнение меня покинуло. Записки, открытки, фотографии оставила, разумеется.

Хорошо быть полной любви. Чувствовать, как она, готовая перелиться через край, сдерживается лишь поверхностным натяжением.

Ждать, пока тот самый тронет поверхность и высвободит её.

Высвободит меня.