Cuando hace sol.

С самого утра всё делаю не потому что must, а потому что hаvе tо. Да и само утро вовсе не shоuld, а аrе tо. Такая подмена модальности меня не радует. Сегодня во мне нет шмелей вовсе, но есть злая испанка. Я взрываюсь и сгораю. Одеться в красно-оранжевое - всё равно что подлить бензин в костер. Ну а что? Если уж бесноваться, то по полной.

Берегитесь.

Гуталину.

Я так давно не делала этого, уже около месяца. Третья полка сверху, сдуть небесную пыль - вот вы где, адидасы-то мои. Папка в папке в папке - здравствуй, хаус. Пора танцевать.Я так хочу нарисовать тебя. Твои руки и глаза. Но ты, увы, слишком хорош. Даже фотоаппарату не под силу, что уж там Корице.

Шмели во мне сегодня бастуют-бунтуют. Не берут трубку и не читают сообщения - не  хотят.
Я выбираю себе сны.
Знаешь, 1-го апреля шмели во мне обрели какое-то спокойствие и счастье.
Если бы я чаще об этом думала, то никаких обидушек и ревности.
Но я не хочу об этом думать.
Я не могу думать ни о чём.
Шмели во мне жужжат.
Они наверное и твои тоже.
Самых красивых я назову Яковом и Аллой, когда мы опять заведем разговор на вчерашне-вечернюю тему.
Я не верю в любовь.
Но я, кажется, наконец сумела полюбить.

Ваниль+корица.

Я редко влюбляюсь в людей с первого взгляда. Они редко мне нравятся с первого взгляда. Да что там! Они мне почти никогда с первого взгляда не симпатичны.
Ты была одной из них. Уже все успели сменить отношение к тебе на хотя бы нейтральное. Это всё равно что свет выключить. Раз - и поменяли.
Я упиралась-не старалась.
Случай - поменяла.
Ты славная. Извини корицу-циника.
И шоколада тебе желаю.

Знаешь.

Каждый раз, когда мне скучно, я рисую шмелей.
Каждый раз, когда мне грустно, я рисую шмелей.
Каждый раз, когда я зла, я рисую шмелей.
Я рисую их почти всегда, хоть художник из меня не ах.
Они отличаются лишь настроением. Оно читается в их глазах. Большие и маленькие, нарисованные ручкой и карандашом, всех цветов,  в окружении знакомых и одинокие, бывшие и будущие.
Но мне верится, что когда-нибудь я стану таким же шмелем и улечу.